Вот почему так – одним все, другим ничего? Один хочет стать миллионером, и становится миллиардером? A другой хочет стать космонавтом, но всю жизнь становится раком?

Или вот Петров, например. Мечтал он быть фокусником, a стал акушером-гинекологом. Судьба? Нет – родители! Не понравилось им, видите ли, что Петров в три года чуть сестренку не распилил! Не допилил же! Все прахом пошло, строго-настрого запретили ему заниматься иллюзионизмом.

Так и случилось, что чах Петров годами на нелюбимой работе. Коллеги его не любили, начальство не ценило, жена ругала и тайная его страсть, медсестра Ниночка, давала в кладовке не ему, a главврачу.

В ночь с тридцать первого декабря на первое января Петров решил все изменить.

***

Он пришел на работу, когда застолье в роддоме уже началось. Спирт медики разводить не стали – не дети ведь малые. Весельем руководил главврач, который, соскучившись по Ниночке, не смог усидеть дома. Коллектив, приняв по третьей рюмке, активно закусывал, когда черт принес дежурную медсестру.

- Иванова рожает, – мрачно возвестила она.

- Нашла время, – недовольно пробурчал анестезиолог. – До нового года полчаса.

Пирующие, дожевывая на ходу, скопом повалили в родильный зал. Всеобщим взорам открылась бледная роженица, которая обильно потела и жалобно стонала.

- Приступим, коллеги! – дежурный врач позволил надеть на себя маску и склонился над беременной. Но тут его отвлекли самым беспардонным образом.

- Здравствуйте, детишки!

Все повернули головы и увидели на пороге Деда Мороза. Самого настоящего, с длинным посохом и красным мешком.

- Ну, кто расскажет мне стишок? – игриво подмигнул гость. – Кто хочет получить от меня подарок?

- Гражданин! – голос главврача был строг. - Не мешайте работать!

- Ну и ладно, могу и уйти! – Дед Мороз оскорбленно развернулся к выходу.

- Иван Иваныч, за него деньги уплочены, и за подарки тоже, - шепнул главному анестезиолог.

- Э-э… Товарищ, подождите часок, нам роды принять надо, - попросил главврач деда.

- Не могу, у меня еще четыре вызова.

- Тогда дышите глубже, больная, - обратился главный к роженице. – A у нас антракт.

И началась церемония поздравления. Для начала Мороз загнал на табуретку главврача и заставил рассказывать стишок. Толстяк навернулся с табуретки и прикусил язык. Стишок из-за этого никто не понял, поэтому он всем понравился. Главный получил кулек конфет и отдал его Ниночке.

Дежурная акушерка спела дедушке песенку и стала обладателем шоколадной буренки.

- Этот год по восточному календарю – год коровы, - сказал Дед Мороз, вручая подарок. – Вам должно повезти.

Медики по очереди читали дедушке басни, пели, танцевали и получали гостинцы из красного мешка. Наконец настал черед Петрова.

- Я покажу фокусы, - сказал он Деду Морозу, вышел на середину родильного зала

и картинно раскланялся. Закатав рукава, показывая, что в них ничего нет, и накинув платок между ног роженицы, Петров начал делать пассы. Толпа заинтригованно молчала.

Ап! Фокусник сдернул платок и вытащил из женской утробы … живого кролика! Петров поднял его высоко над головой, показал всем присутствующим и отдал медсестре пеленать. Зрители заахали, роженица, увидав зверушку, отрубилась.

- A где младенец? – галдели зеваки.

- Кручу, верчу, обмануть хочу! - фокусник крадучись обошел зрителей, пристально посмотрел в глаза каждому и… Вытащил младенца из-за пазухи главврача!

- A чо ребенок весь в крови? – пошутил Петров в наступившей тишине и шлепнул младенца по попке. – Убил что ли кого?

Новорожденный раскрыл беззубый рот и заорал. Раздался шквал аплодисментов. Пришедшая в себя роженица зарыдала от радости.

- Вы ему пуповину не перерезали, - проворчала дежурная акушерка.

Але-оп! В руке Петрова чудесным образом появились ножницы.

- Какую резать, синюю или красную?! – дурашливо завопил он. Мамаша, не теряя времени, снова отключилась. Ножницы щелкнули, и в обществе стало одним членом больше. Коллеги устроили иллюзионисту овацию.

Представление продолжилось.

***

После того, как Дед Мороз ушел, Ниночка затащила Петрова в кладовую:

- A ты затейник, Петров! Не ожидала! – шептала она, покрывая лицо доктора хмельными поцелуями. – A лично мне ты покажешь? Фокус?

Девушка лихорадочно полезла иллюзионисту в штаны и, громко вскрикнув, выдернула руку обратно.

- Что там у тебя? – пискнула она, сунув палец в рот. – Я укололась!

- Следующий год по чукотскому календарю – год ежа, - улыбнулся Петров. – A то, что ты искала, я приберегу для жены.

Он вышел из кладовки и направился к коллегам, зная, что с этого нового года все пойдет по-новому.

© Дмитрий ганДонской