«Дорогие папа и мама! Я вас очень люблю! Но и Ромео я тоже люблю! А вы мне не разрешаете его заводить. А заведенный Ромео такое вытворяет!

– тут Джульетта (сестра-близнец современных прыщавых малолеток, балдеющих от «Ранеток» и «Дома2») покраснела и поспешила закончить письмо. – В общем всем чмоки и будьте вы прокляты!» Девушка аккуратно заклеила конверт и положила его под подушку.

«Ну, вот и все! - Джульетта в последний раз оглядела склеп. - Не самое лучшее место для последнего успокоения, но что делать», - подумала она. Помещение склепали довольно давно, и на протяжении многих лет сюда сносили всякий хлам – пустые бутылки, проросшую картошку и умерших родственников. Но выбирать не приходилось – девушка твердо решила напакостить родителям.

Представьте себе пятнадцатилетнего Сталлоне в шелковых чулках и бабушкиных панталонах. Прибавьте сюда длинный гульфик спереди и короткую шпагу сбоку и получите о Ромео полное представление.

Вот с этаким красавцем домашние тираны не давали встречаться Джульетте. «Когда коту делать нечего – он яйца лижет!» - скажет вдумчивый читатель. «И если при этом он худой и голодный – значит он лижет плохо и не тому, кому надо!» - добавил бы Шекспир, если б не умер. Но девица не захотела подлизываться к родителям и решила отправиться на тот свет.

И хуйня, что в четырнадцать лет надо не о ебле думать, а об уроках. И плевать, что от такого жеребца, как Ромео, можно залететь не только на седьмое небо. Родители должны быть наказаны! И из подвала уже спизжена бутыль смертельного яда. И уже добыты ключи от склепа. Час икс настал - девушка улеглась на смертный одр, щедро набулькала пойла в стакан и лихо опрокинула его содержимое себе в глотку.

- Ого! – Джульетта внимательно рассмотрела этикетку. – А нехуевый ядок в этом году! – похвалила она и отрубилась.

Волею судеб Ромео в это время прогуливал неподалеку свою собачку. Чуткая тварь насторожилась, подняла голову, принюхиваясь к чему-то, и потащила болонку к склепу.

- Вот нихуя себе! – охренел юноша, увидев недвижную подругу. – О, милая Офелия! Отвали! – гаркнул он на свою сучку, которая уже подняла заднюю лапку. Ромео бросился к девушке, ощупал ее с ног до головы, но пульса не нашел.

- Ебаная жизнь! – простонал он. – Джульетта умерла! Нет же и мне теперь места на этой земле!

Юноша достал свою шпагу, закрепил рукоять в щели между кирпичами и кинулся грудью на острие. В склепе воцарилась тишина.

Но чу! Еле слышный звук нарушил могильный покой. Это Джульетта разлепила веки.

- Я жива? - удивилась девушка. – А что это за собака обсикала мне ноги? И что это за недвижное тело висит на стене? Ромео! – узнала любимого Джульетта. – Какими судьбами?! Что ты изображаешь из себя жука, наколотого на булавку? Отлепись от кирпичей и прижми себя к моей груди!

Но молчал Ромео. Ни словом, ни жестом не дал он понять, что слышит подругу. И поникла Джульетта. И налила себе уже два стакана яда, чтоб теперь уже наверняка. И, выпив их, упала замертво.

Вдруг юноша зашевелился. Кираса дамасской стали, пододетая под майку, спасла ему жизнь. Парень аккуратно снялся с клинка, огляделся и вспомнил все.

- А в бутылке вроде побольше оставалось, - заметил он, и тотчас же задумался, как погибать дальше. – Веревка! – осенило парня, и он снял поводок с придремавшей Офелии. Сделав необходимые приготовления, Ромео сунул голову в петлю и повис, некрасиво высунув язык.

Джульетта тем временем опять очнулась, повела вокруг мутным взглядом и увидела любимого.

- Во меня штырит! Не, пиздатый яд! – девушка заглотила теперь уже три стакана и отправилась в царство теней.

Но покой склепа опять был нарушен. Ромео, спокойно висящий под потолком, вдруг рухнул в пыль веков и отбил копчик.

- Дерьмо продают! – посетовал юноша, рассматривая порванный поводок. – Дать бы торговцу пизды, да некогда мне!

Ромео пошевелил мозгами и решил загнать в них пулю. Дедушкина аркебуза давно уже пылилась среди мусора, ожидая своего часа. И он пробил! Юноша снял правую туфлю, приставил дуло аркебузы к своей голове и стал нащупывать большим пальцем ноги курок.

- Крак! – резкий звук разорвал тишину.

- Ну ебана же в рот! – застонал Ромео. – Что за день-то сегодня такой?! Джульетта отравилась, ноготь сломался!

Он принялся любовно баюкать ступню, понося нехорошими словами судьбу, любимую и недостаток кальция в организме. Потом кое-как пристроил к делу левую ногу и нажал на спуск. Раздался выстрел и Ромео повалился на заплеванный пол.

Грохот разбудил Джульетту. Девушка не удивилась, увидав  бездыханное тело, хлебнула яду из горла и смежила веки.

Жизнь Ромео на этот раз спас шлем, заботливо подсунутый утром мамой под беретку. Юноша потряс головой и начал строить новый план по уходу из жизни.

Шекспир писал, что влюбленные скончались в тот же день. Чепуха! Джульетта до самой старости хлестала яд ведрами. А Ромео испробовал все способы перемещения в мир иной, но дожил до восьмидесяти лет.

И не потому, что любовь вечна, а потому, что руки из жопы растут.

© Дмитрий ганДонской